Потом он направился к следующему гнезду.

"Пора, - подумал Генри, - пора действовать. Довольно и одного гнезда".

Бросив сигару, он спустился с вяза и бегом направился по следам вора.

Догги заметил его и попробовал было проскользнуть в лес Вебли. Но раньше, чем он успел добежать до ограды, молодой человек схватил его за шиворот. Сильный толчок заставил его упасть на землю, и при своем падении он разбил все яйца в сумке.

В ту эпоху Генри Гардинг был хорошо развитым молодым человеком, унаследовавшим отцовскую силу и энергию. К этому нужно еще прибавить сознание своей правоты. Егерь, маленький и слабосильный, осознав свой дурной поступок, понял бесполезность всякого сопротивления.

Покорно согнув спину, он получил такую порцию ударов тростью, какую только может выдать страстный охотник браконьеру.

- А теперь, вор, - воскликнул Генри, утолив немного свой гнев, или вернее, устав наносить удары, - ты можешь вернуться к своему мошеннику-хозяину и устраивать с ним заговоры, сколько твоей душе угодно, но только не против моих фазанов!

Догги молчал, боясь палки. Он перелез через ограду, перешел поле, шатаясь, как пьяный, и исчез в лесу Вебли.

Вернувшись к разоренному гнезду, Генри тщательно осмотрел землю вокруг и нашел много пшена, смоченного какой-то сахаристой жидкостью. Это было то самое пшено, которое рассыпал Догги. Генри набрал этой крупы и отнес домой. Анализ показал, что пшено было отравлено.

Хотя процесса и не было возбуждено по этому поводу, история эта стала известна во всех подробностях. Догги Док был слишком хитер, чтобы жаловаться на побои, а Гардинги удовольствовались тем, что проучили его.

Что же касается бывшего биржевого маклера, то он понял, что должен отказаться от услуг своего егеря, который с этого времени приобрел репутацию самого отчаянного браконьера в округе.